ИЛЛЮЗОРНЫЕ ЛЮДИ

27 ИЛЛЮЗОРНЫЕ ЛЮДИ

— А я говорю о самых настоящих, таких вот, как эти две девушки. Видите, — показал я на двух стоящих метрах в пяти-шести от скамейки девушек.

Старик внимательно в них всмотрелся и сказал:

— Думаю, одна из них, та, что курит, ненастоящая.

— Как это — ненастоящая? Я сейчас подойду к ней да врежу по заднему месту — визг или мат более чем настоящий услышите.

— Понимаешь, Владимир, ты видишь сейчас перед собой всего лишь образ. Образ, созданный постулатами технократического мира. Посмотри внимательно. Девушка обута в неудобные туфли на высоких каблуках. К тому же они ей немножко жмут. Она обута именно так, потому что кто-то другой диктует, какую обувь сейчас нужно носить. На ней короткая юбка из материала, похожего на кожу, но не кожа, она вредна для тела, но она её носит, подчиняясь диктату, создавая желаемый им образ. Посмотри, она ярко накрашена и надменна. Внешне независима. Но только внешне. Вся её внешность не соответствует ей, настоящей. Продиктованный чужими мыслеформами образ «забил» её, настоящую, он, иллюзорный, не имеющий души, заслонил собой живую душу. Её душа в плену у этого образа.

— Всё что угодно сказать можно про душу, плен и диктат образа какого-то. Так это или нет, разобраться трудно.

— Стар я уже, не могу подстроиться под твою скорость мыслей. Не получается у меня доказательно выразиться, как Анастасия. — Старик вздохнул и добавил — Можно, я показать попробую?

— Что показать?

— Сейчас попробую, хоть на время уничтожить иллюзорный, не живой образ. Душу девушки освободить. Ты наблюдай внимательно.

— Попробуйте.

Курящая девушка что-то резкое надменно выговаривала своей подруге. Старик внимательно и напряжённо наблюдал за ними. И когда девушка отрывала взгляд от подруги, задерживала его на ком-то из проходящих, глаза старика следовали за её взглядом. Потом он встал, жестом пригласил меня следовать за ним и направился к девушкам. Я пошёл за ним. Старик остановился в полуметре от девушек и стал пристально смотреть на курящую. Она повернула в его сторону голову, выпустила в лицо старику сигаретный дым и сказала раздражённо:

— Тебе чего надо, дед? Попрошайничаешь, что ли?

Старик выдержал паузу, наверное, приходя в себя от окутавшего его лицо дыма, и произнёс ласковым спокойным тоном:

— Возьми, доченька, сигарету в правую ручку. Надо правой ручкой стараться держать.

И девушка послушно взяла сигарету в правую руку. Но не это было главным. Её лицо вдруг сделалось совершенно другим. Исчезла надменность. Вообще всё изменилось в девушке: и лицо, и поза. И уже совсем другим тоном она произнесла:

— Я буду стараться, дедушка.

— Родить тебе надобно, доченька.

— Мне трудно будет одной.

— Он придёт к тебе. Ты иди и думай о своей ручке, о ребёночке думай своём, и он придёт. Иди, доченька, спешить тебе нужно.

— Я пойду. — Девушка сделала несколько шагов, потом остановилась и, обращаясь к своей подружке, спокойным, а не, как раньше, раздражённым голосом позвала её, оторопевшую:

— Пойдём, Танечка, со мной.

Они ушли.

— Ну надо же! Да вы так любую женщину приручить можете, — сказал я, когда мы снова на скамейку сели. — Здорово. Прямо супергипноз какой-то. Мистика!

— Это не гипноз, Владимир. И мистики здесь нет никакой. Это просто внимательное отношение к человеку. Именно к человеку, а не к образу — вымышленному, затмевающему настоящего человека. И человек сразу откликается, силу обретает, когда именно к нему обращаются, игнорируя образ иллюзорный.

— Но как вам удалось увидеть невидимого человека за видимым образом?

— Это всё очень просто. Уверяю тебя. Я понаблюдал немножко. Девушка сигарету держала в левой руке. В сумочке своей что-то искала тоже левой рукой. Значит, левша она. А если маленький ребёнок левой рукой ложку держит или ещё что-то делает, родители стараются объяснить, чтобы правой делал. С родителями ей хорошо было. Я это понял, когда увидел, как она взгляд свой задержала на проходивших мимо мужчине и женщине, которые девочку маленькую за ручки держали. Я и сказал ей фразу, которую родители в детстве ей могли говорить. Постарался сказать таким же тоном и голосом, как могли говорить её родители. Когда она маленькой была, непосредственной, ещё не закрытой чужим образом. Она, та девочка, настоящий человек, и откликнулась сразу.

— А про роды говорили, это к чему?

— Так беременная она. Уже больше месяца беременна. Чужому образу этот ребёнок не нужен. А девочка-Человек очень хочет его. Вот и борются они. Теперь девочка-Человек победит!

Посмотрите также эти записи


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Книги