ДУХ ПРАМАМОЧКИ

5

— Я поняла однажды утром… — тихо сказала Анастасия, и её взгляд словно углубился в прошлое. — В то утро Владимира не оказалось дома, в квартирке, которую он временно снимал. Я же не могла искать его своим лучом. Начинался день, в который много веков назад умирала в дольмене моя прамамочка. В этот день я всегда вспоминаю её. Стараюсь с ней поговорить. И она говорит со мной. Вы тоже ходите на кладбище в день памяти к своим родственникам, чтобы подумать о них, поговорить. Я это делаю, не уходя с полянки. Мой лучик помогает говорить и видеть на расстоянии, и они чувствуют мой лучик. В тот день я вспоминала свою прамамочку, пыталась с ней, как всегда, говорить, но не чувствовала её ответов. Совсем не чувствовала. Она не реагировала на меня. Такого никогда не случалось раньше. Тогда я лучиком стала искать её дольмен. Нашла. Светила на него изо всех сил. Прамамочка не реагировала. Что-то произошло, неведомое мне. В дольмене дух прамамочки моей не находился.

— Анастасия, поясните, пожалуйста, что такое дух человека. Из чего он состоит?

— Из всего невидимого, что есть в человеке, включая и некоторые пристрастия, ощущения, приобретённые за время плотского существования.

— Дух обладает энергией, аналогичной какой-нибудь из известных энергий?

— Да. Это энергетический комплекс, состоящий из множества энергий. После прекращения плотского существования отдельного человеческого индивидуума некоторые из этих комплексов подлежат распаду на отдельные энергии, потом используемые в растительных, животных соединениях, необходимых природных явлениях.

— Какова сила? Энергетический потенциал у комплекса неразъединённых энергий?

— У каждого они разные. Самый слабенький, он даже гравитационную энергию не может преодолеть. Он потом всё равно распадётся.

— Гравитационную? Самый слабый… Его проявления хоть в чём-то можно увидеть? Осязать? Почувствовать?

— Конечно. Смерч, например.

— Смерч? Смерч, вырывающий с корнями деревья, переворачивающий… Тогда самый сильный какой энергией обладает?

— В самом сильном? Это же Он. Я не могу до конца осмыслить силу Его энергии.

— Тогда, скажем, средний какой-нибудь?

— В комплексе энергий многих средних духов уже присутствует освобождённая мыслительная энергия.

— Какова энергетическая сила, потенциал такого среднего комплекса?

— Я же ответила вам: в нём присутствует освобождённая мыслительная энергия.

— Что это означает? С чем можно сравнить? Какое её определение?

— С чем? Определение? Ваш ум, ваша мысль, сознание самой мощной какую энергию себе могут представить?

— Энергию ядерного взрыва. Нет, процессов, происходящих на Солнце.

— Всё, что вы назвали, равно лишь маленькой частичке освобождённой мыслительной энергии. Что касается определений, то вы их сами придумываете и пользуетесь при словесном общении друг с другом. Здесь же ни одно из придуманных вами не подходит. Можете пользоваться тем, что знаете, умноженным на степень бесконечности.

— Сила энергии духа вашей праматери какова?

— В нём присутствует освобождённая мыслительная энергия.

— Откуда вы узнали о своей праматери? Как и где она умерла? Ведь это произошло десять тысяч лет назад!

— Поколения моих прародителей передавали друг другу информацию о ней — прамамочке моей, ушедшей умирать в дольмен.

— Вам рассказала о ней ваша мать?

— Когда моя мамочка погибла, я была маленькой, неспособной осмысливать такую информацию. Дедушка и прадедушка мне всё поведали о мамочках моих.

— Дух можно увидеть обычным человеческим зрением?

— Частично да. Если изменить восприятие спектральности, цветовосприятие зрения, изменить внутренний ритм.

— Разве это возможно?

— Известное вам явление дальтонизма как раз и подсказывает, что это возможно. Вы считаете, что оно происходит только помимо воли человека, что это лишь болезнь, но это не так.

— Вы сказали, ваша прародительница, ваша мать, достойна, чтобы о ней передавали информацию из поколения в поколение на протяжении тысячелетий. В чём информации этой достоинство, ценность?

— Прамамочка последнею была с первоистоков, кто обладал способностью и знал, как и о чём нужно думать женщине при кормлении грудного младенца. Живших десять тысяч лет назад людей знания, которые начинали утрачиваться в цивилизации. Эти знания почти полностью утрачены сегодня. Прамамочка моя ещё была совсем нестарой, но умирать ушла в дольмен, чтоб сохранить все эти знания первоистоков. И когда к людям начнёт возвращаться осмысленность… Возникать в них потребность… Передать эти знания женщинам, кормящим младенцев. А они потом друг другу помогут всё познать. Через смерть в дольмене прамамочка познала ещё большие истины, необходимые женщинам.

— Почему именно в дольмен она ушла? Чем дольмен отличается от обычной каменной гробницы? И почему, не дожидаясь старости, она решила умереть в дольмене? Ею двигала осмысленность цели или суеверие?

— Уже тогда значения всё меньше стали придавать кормлению младенцев грудью материнской, и женщинам по их желанию дольмены не предоставляли. Вождь старый уважал прамамочку мою и понимал, что, если просьбу он её не выполнит, вождь новый даже слушать не захочет прамамочку, все намерения её лишь блажью посчитает. Но не смог заставить старый вождь мужчин дольмен прамамочке моей построить. И тогда вождь старый свой дольмен отдал прамамочке моей. Мужчины не одобрили решение вождя и отказались поднять дольмена крышу, чтобы в него войти прамамочка могла. Всю ночь, собравшись, женщины старались сами поднять тяжёлую плиту из камня. Но не поддавалась многотонная плита, а на рассвете старый вождь пришёл, он не ходил уже и всё ж пришёл, на посох опираясь. Вождь старый улыбнулся женщинам, слова бодрящие сказал, и женщины плиту тяжёлую подняли, прамамочка в дольмен вошла…

— Чем отличается дольмен от обычной каменной гробницы?..

— Внешне мало чем. Но в дольмен, как вы называете каменную гробницу, уходили умирать живые люди. Дольмен не просто каменное культовое сооружение, как думают теперь. Это памятник мудрости и великому самопожертвованию духа ради будущих поколений. Он и сегодня важен своим функциональным назначением. И смерть в таком дольмене была не совсем обычной. Слово «смерть» здесь вообще не очень-то подходит.

— Представляю. Живой человек, замурованный в каменной камере… Это действительно необычная по своей мучительности смерть.

— Уходящие в дольмен люди совсем не мучились. Необычность их смерти заключалась в том, что они медитировали. Медитировали в вечность, в духе навсегда оставшись на Земле, сохранив некоторые чувства земные. Но лишена возможности навечно душа ушедших умирать в дольмен в материальном воплотиться на Земле.

— Как медитировали?

— Вам теперь известно, что такое медитация. Особенно по древневосточным религиям. И сейчас есть учения, помогающие познать малую часть явлений медитации, но, к сожалению, не её предназначение. И сейчас есть люди, которые могут медитировать: отделить от своего тела на некоторое время часть духа, потом вернуть его. С помощью медитации в дольмене, ещё при жизни тела, дух полностью отделялся и возвращался много раз, пока живою плоть была, потом навечно дух в дольмене оставался. Один, он вечно будет ждать пришедших, чтоб мудрость им первоистоков передать. Плоть если и могла жить некоторое время, то была всё равно заточена. Но пока она жила, у духа была возможность бывать в разных измерениях и возвращаться, это давало возможность анализировать с неимоверной, по вашим представлениям, скоростью, как бы уточнять имеющуюся истину. Умерший или ушедший в вечную медитацию через дольмен знал — его душа, дух уже никогда не смогут материализоваться. Никогда не смогут вселиться ни в какую земную плоть, материю. Никогда не смогут надолго и намного удалиться от дольмена, но будут обладать способностью общаться с частичкою души подошедшего к дольмену во плоти живущего человека. И если говорить о мучениях смерти, о мучениях вообще, то в данном случае они заключаются в том, что тысячелетиями к тебе никто не подходит, чтобы взять эти знания. В отсутствии востребованности — великая трагичность их. Востребованности, ради которой…

— Анастасия, вы считаете очень важным женщине-матери, кормящей грудью младенца, иметь эти знания, способности?

— Очень важно.

— Но почему? Ведь молоко матери питает лишь плоть младенца.

— Не только плоть. Оно может нести с собой огромную информацию и чувственность. Ведь вы должны знать, что в каждом веществе есть и своя информация, излучение, вибрация…

— Да, есть. Но как может материнское молоко передавать чувственность?

— Может — оно очень чувствительное. Оно неразрывно связано с чувствами матери. В зависимости от них даже вкус молока меняется. А от стресса, если он постигнет кормящую мать, молоко грудное даже пропасть может, свернуться.

— Да, действительно может… Может… А к вашей прародительнице, значит, никто не приходит? Не приходит, получается, многие тысячелетия?

— Сначала приходили. В основном поколения родственников и жившие там люди. Потом на Земле катаклизмы происходить начали. Переселения. Дольмен остался. Но последние тысячелетия к дольмену моей прамамочки никто не подходит, чтобы узнать… Дольмены вообще сейчас разрушают… Потому что люди не знают…

Когда я рассказывала в тайге Владимиру о дольменах, о прамамочке, он сказал, что, может быть, подойдёт к её дольмену. Тогда ему я пояснила, что он не сможет понять, почувствовать дух, душу прамамочки и принять её информацию. Мужчине неизвестны чувства, ощущения кормящей женщины-матери. И не мужчин, а женщин ждёт моя прамамочка тысячелетиями. Но не приходят женщины к дольмену. И только я одна раз в год общаюсь с ней, прамамочкой своей. И в тот день хотела пообщаться, сказать ей что-нибудь хорошее. Но не смогла. Духа прамамочки рядом с дольменом не было. И я сама, не понимая почему, стала быстро водить лучиком вокруг дольмена, всё увеличивая и увеличивая диаметр кругов. И вдруг… Увидела! Увидела! В небольшом ущелье, на камнях… На камнях лежит без сознания Владимир. И прамамочка моя, её дух, сгустком энергий невидимых над Владимиром склонились. Я поняла. Я знала ещё раньше, как искал проводников Владимир, чтобы пройти в горы к дальним от дороги дольменам. Но не нашёл проводников. Бесплатно с ним идти никто не соглашался. И тогда Владимир пошёл в горы один. Он сорвался с тропы в ущелье. Обувь его была простой. Не для ходьбы по горам. Он вообще не имел никакого снаряжения для гор. Он хотел убедиться в существовании дольменов, потрогать их. И пошёл в горы один. В день памяти прамамочки он шёл к дольменам, удалённым от дорог. Прамамочка не знала, зачем идёт в горах этот совсем не приспособленный к хождению по горным тропам человек. И она смотрела на него. И когда он поскользнулся, сорвался и стал катиться вниз, она вдруг… Её дух упругим сгустком воздуха метнулся вниз.

Прамамочка спасла Владимира. Он не ударился головой о камни, но потерял сознание от множества ушибов, когда катился вниз.

Прамамочка держала его голову упругим сгустком воздуха, словно в своих ладонях, и ждала, когда к нему сознание вернётся. Потому и не говорила она со мной.

Когда сознание к Владимиру вернулось, она не переместилась к своему дольмену. Она осталась внизу, в ущелье. Оставшись, смотрела, как Владимир карабкается вверх, к тропе.

Потом я поняла, что моя прамамочка оказалась на тропе, потому что камешки стали с тропы скатываться. Это она, сжавшись упругим ветерком, сбрасывала камешки с горной тропы. Она хотела помочь Владимиру по тропке вниз с горы спуститься. И я этого очень хотела. И стала быстро-быстро водить по тропке лучиком своим, чтоб не была тропинка такой мокрой и скользкой, чтоб смог дойти Владимир до своей квартирки и раны залечить. А Владимир, поднявшись вверх с ущелья, сидел на тропе, рассматривая чертёжик, который начертил ему археолог Новороссийского музея. Потом он встал и, хромая, пошёл. Но не вниз, по сухой и уже без камешков тропе, а в обратную сторону — вверх. Я замерла от неожиданности, и прамамочка, думаю, не сразу поняла его намерений. И тут он вообще свернул с тропы и полез через колючие кусты… Я поняла: он лез к дольмену прамамочки. Он добрался до него. Сел на портал дольмена, у края каменной плиты. Стал расстёгивать куртку. Рука у него болела. Он долго расстёгивал куртку. Когда расстегнул, я увидела… под курткой были цветы. Три розочки. Стебельки у двух сломались. Розочки поломались, когда он скатывался в ущелье и ударялся о камни. Некоторые шипы были в крови. Он положил сломанные розочки на портал дольмена. Закурил. И сказал: «Жалко, что цветы переломались. Это тебе, красавица, цветы. Наверное, ты была красавицей, как Анастасия. Умной была, доброй. Хотела женщинам нашим про кормление детей грудных рассказывать. Только не знают они про тебя. И дольмен твой далековато от дороги стоит, трудно женщинам подойти к нему».

Потом Владимир достал маленькую плоскую фляжку с коньяком и два маленьких металлических стаканчика, вытащил из кармана горсть помятых конфет. Владимир наполнил стаканчики коньяком. Из одного стаканчика коньяк выпил, а другой стаканчик на портал дольмена поставил, конфетку на него положил и сказал: «Это тебе, красавица».

Владимир делал всё так, как современные люди на кладбище делают, когда к своим близким родственникам или друзьям приходят. А прамамочка… Её дух сгустком невидимых энергий метался вокруг него. Она растерялась, не знала, как себя вести. И на слова Владимира ответить как-то всё пыталась и уплотняла воздух в форме своей плоти, но очертания её прозрачны и едва заметны были. Владимир их не замечал. А она ему, невидящему и неслышащему, всё пояснить что-то своё пыталась и волновалась, и оттого металась. И сгусток воздуха слегка задел стаканчик. Стаканчик опрокинулся. Владимир подумал, что это ветерок случайный стаканчик опрокинул с коньяком, и пошутил, сказав:

— Что ж это ты, непутёвая, такой коньяк дорогой пролила?

И дух прамамочки вдруг замер в уголке дольмена. Владимир налил ещё коньяка в её стаканчик, наверх камушек, потом конфетку снова положил. И снова, словно про себя, заговорил: «Надо хоть дорожку нормальную к твоему дольмену проложить. Ты подожди ещё немножко. Будет дорожка к твоему дольмену. А по дорожке к тебе женщины придут. Ты им расскажешь, о чём нужно думать, когда ребёнка маленького кормят материнской грудью. А у тебя, наверное, была очень красивая грудь…».

Потом Владимир стал с горы спускаться. Поздней ночью пришёл в свою квартирку. Он один сидел на диванчике в холодной квартирке, перевязывал раны и смотрел видеокассету. Ему дали посмотреть видеокассету, которую люди в разных городах переписывали и передавали друг другу.

На экране телевизора выступающего слушала большая аудитория, в основном женщины. Он говорил о Боге, о силе духа праведного человека. Потом он стал говорить обо мне. О том, что я идеал женщины, к которому нужно стремиться. Сила разума и духа мои велики, и мне помогают силы Света, и теперь, когда я больше познаю жизнь людей обычного мира, смогу помочь им.

Много хорошего обо мне говорилось. И вдруг… И было сказано, что ещё не встретился мне настоящий мужчина. А тот, с которым я общалась, ненастоящий мужчина… И ещё, раньше другими говорилось, что в Австралии есть молодой человек, достойный меня, что я с ним встречусь, встречусь с ним, настоящим мужчиной…

А он, Владимир, он… Понимаете… Он один сидел. Слушал эти слова… И всё пытался одной рукой перевязать раны на ногах. Вторая рука у него сильно болела от ушибов. Я рванулась лучиком к Владимиру. Хотела раны его обогреть, изгнать боль его. И сказать… Как-то сказать… Он никогда не слышит, когда я говорю с ним на расстоянии, но в этот раз получилось бы… Наверное, получилось бы, потому что я очень сильно хотела, чтобы услышал он. Услышал, как люблю я его! Только его. И только он, мой любимый, он — настоящий мужчина.

Но меня обожгло и отбросило на траву. Что-то не допускало к Владимиру мой лучик. Я снова быстро направила лучик в комнату, где он сидел перед телевизором, и увидела: перед Владимиром сгустком невидимой энергии стоит на коленях дух моей прамамочки. Владимир не мог видеть её и слышать. Он смотрел и слушал видеокассету. А прамамочка моя дыханием своим обогревала раны на ногах Владимира. Когда Владимир лил на ранки этот ужасающе обжигающий одеколон. И говорить пыталась что-то прамамочка ему, Владимиру, её не слышащему.

Прамамочка так сильна своим духом, что ничто невидимое не сможет пробиться сквозь неё. И установки психотропного оружия разлетятся, если их направить на неё. Она даже внимания не обратит на них. Всё равно всё будет отброшено. И я уже никак не могла вмешаться. Только смотреть… Я смотрела и быстро-быстро думала. Что произошло? Почему возникла такая ситуация? Почему так говорил выступавший? Он хотел мне помочь? Что-то пояснить? Что? Почему мой лучик так к Владимиру стремился? Конечно, я испугалась, что Владимиру стало обидно от слов «ненастоящий мужчина» и что он будет ревновать меня к другому. И тут вдруг… О, как же это было больно… Обидно… Владимир всё прослушал, вздохнул и сказал: «Надо же, настоящий мужчина. В Австралии он, что ли. Они встретятся. Может, сына мне тогда отдадут».

Мой лучик задрожал. Как-то всё словно помутнело. Понимаете… Владимир не ревновал. Это, конечно, нехорошее чувство — ревность. Но мне хотелось, чтобы хоть чуточку. Чуточку-чуточку он поревновал. Но Владимир словно отдавал меня с безразличием другому. Я уже не могла сдерживаться и закричала. Стала просить, умолять прамамочку объяснить, что я сделала не так. В чём ошиблась? Нагрешила? Она не отвечала, пока Владимир не перевязал последнюю рану. Потом прамамочка сказала с грустью: «Надо было просто любить, доченька. Думать о хорошем для любимого, не возвеличивать себя при этом».

Я пыталась пояснить, что хотела только хорошего. Но она снова тихо сказала: «Себе ты пожелала, доченька, картины, музыку, стихи и песни. Всё сбудется, твоя мечта сильна, я знаю, для всех людей она и для тобой любимого, но для тебя земную получить любовь теперь всё тяжелее будет. Ты становишься звездой, доченька. Звездой можно любоваться и любить звезду как звезду, не как женщину».

Прамамочка не говорила больше ничего. Я теряла контроль над собой, крикнула, пыталась пояснить или доказать, что я не хочу быть звездой, что я хочу быть просто женщиной и любимой! Но меня никто не слышал.

Помогите мне, пожалуйста! Теперь я многое поняла. Не за себя боюсь, с собой я справлюсь. Владимир дольше будет понимать, его такая информация от Истины уводит.

Пусть прекратится распространение этой кассеты. Она внушает людям и Владимиру, что я идеал, звезда, что не он, а другой должен быть со мной.

Я не звезда. Я женщина. Я хочу любить того, кого сама хочу любить.

Мой путь не только мной определён.

Я ошиблась. Помечтала, что сделается так, что обо мне будут говорить, стихи и песни посвящать, художники будут рисовать… Всё так и произошло.

Всегда всё сбывается, когда я мечтаю. И это произошло. Спасибо за стихи и песни. Спасибо поэтам. Но я ошиблась. Помечтала так. Стихи нужны! Но я звездой быть не должна.

Я хотела всего этого, чтобы Владимир на это смотрел и слушал. Чтобы вспоминал. Чтобы вспоминал меня. Но я не знала, когда мечтала. Я теперь поняла. Я становлюсь звездой. Звёздами все любуются. А любят просто женщину.

— Анастасия, что вы! Остановить распространение кассеты, да ещё которую люди сами переписывают, невозможно. Этот процесс неуправляем. Никто этого не сможет сделать.

— Вот видите. Вы не можете. Но Владимир… Он предприниматель. И пусть процесс неуправляем. Он всё равно хоть что-нибудь предпринял бы. Но он не хочет ничего предпринимать, смирившись с тем, что я ему не пара.

Посмотрите также эти записи


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Книги
Последние комментарии
  • Виктория on Напиши Анастасии Я приношу слова благодарности всем тем, благодаря кому эти книжки вышли в свет. Они настраивают на совершенно другой лад. Хочется жить, любить, радова
  • Анна on Напиши Анастасии Благодарю тебя, Анастасия, за всё то безгранично доброе и светлое, что ты даришь людям, за Мечту твою спасибо. За эти годы ты стала близким другом мне
  • zkr-admin on ПОСЛЕСЛОВИЕ Добрый день. Качайте отсюда - http://svetvmir.ru/nasha-biblioteka
  • Вениамин on ПОСЛЕСЛОВИЕ Можете скинуть мне все 10 томов на почту? С уважением Вениамин
  • Ольга on Напиши Анастасии Здравствуй Анастасия! Двадцать лет назад прочитала книгу Владимира Мегре. Помню, как была взволнована и обрадована вестью, что ты есть и что живешь в
  • Анастасия on Напиши Анастасии Здравствуйте. Как быть здоровой? Люди живут в далеке от цивилизации и здоровы. А у меня именно в данный момент столько недугов, что нужно целую а
  • Тетерина Татьяна on Напиши Анастасии Низкий поклон тебе,Анастасия! Давно хотелось заглянуть в дохристианскую Русь.
  • Ариана on Напиши Анастасии Здравия, Анастасия! Я желаю построить себе дом сама, мужа нет. За-то есть дети и они маленькие. Я умею многое, ткать, шить, вышивать, выращивать расте
  • Валентина on Напиши Анастасии Я счастлива, что ко мне попала эта книга. Как хорошо быть с вами в контакте.
  • Елена on Напиши Анастасии Анастасия, я читала про тебя первую книгу ещё в школе. Кое что отложилось, но к сожалению твой образ затёрся, вспомнила -как яркой вспышкой осияло-ког
Случайные посты