БРАЧНЫЕ СЛЁТЫ

34

Пришло такое время, когда люди стали понимать необходимость поиска своих любимых. Раньше внушалось, будто сами, волею судьбы, влюблённые должны встретиться. Конечно это так, но ведь судьбою может человек сам тоже управлять. Или хотя бы знак подать судьбе, чего желает от неё сам человек.

И стали люди в разных городах мероприятия организовывать специальные, которые способствовали встрече двух половинок. И даже часть обрядов Вед-русского периода использовать, немножко переделав их, чтоб в современность приспособить.

А осенью, когда заканчивались летние дела, устраивали в разных городах большие слёты. На них съезжались молодые люди, пожилые люди, кто не имел ещё семьи счастливой.

В основном это читатели твои, Владимир. Та часть из них, кто устремился поместья создавать, в которых их начнётся род счастливый.

Два, бывало, три месяца те слёты проходили в разных городах. Заранее о них оповещались читатели твои. И приезжали из разных мест и стран они. Кто на неделю, кто на месяц приезжал. И было у читателей пред всеми, кто счастливую семью создать стремится, преимущества больше. У всех съезжающихся цель была единой — осознанность и представленья, как обустроить счастливой жизнь своей будущей семьи. —

— Анастасия, подожди, а почему именно у читателей были преимущества большие? Ведь множество семейных пар не из числа читателей имеют единую цель. Вот, например, артисты часто создают семейные пары. Но большинство из них разводятся, и не по одному разу. Цель одна, стремления одни, а жизни нет счастливой.

— О разных целях мы с тобой, Владимир, говорим.

Профессия не может, не должна быть целью жизни человека. Если подобное случается, сам унижает себя человек.

Вот посуди, профессия есть — продавец, разве присуще сыну Бога или дочери Его считать своею жизни целью только продавать? Или водить машину, стирать бельё, или ходить всё время на завод, на фабрику, одно и то же дело делать каждый раз?

— Ты, Анастасия, назвала хоть и необходимые профессии, но всё же непрестижные. А есть престижные или, сказать точнее, почитаемые всеми людьми. Например, известный всем хирург или космонавт, военачальник, маршал или президент страны.

— Их значимость лишь в том, что большую, чем другие, создают иллюзию важности и значимости. Кто знает, может быть, человека, ставшего военачальником иль президентом, специально и соблазнили иллюзорной значимостью их профессий, должностей, чтобы не дать развиться духу, способному Вселенские деянья вершить. Деянья их не интересны Богу, когда же человек сам лично райское пространство обустроил на Земле и стал родоначальником счастливейшего рода, его деянья уподоблялись Божьим и сам он становился им.

И у читателей, которые на слёты приезжали, цель благородная была, единою у женщин и мужчин. Их преимущество в том заключалось, что образ жизни свой и будущей семьи мужчины, женщины в своих мечтах творили. Когда встречались вместе, у них тема для разговора обоим интересная была.

 

Тебе известно, ведь, Владимир, как часто в семьях современных между супругами совсем нет общей интересной темы для беседы. Нет общих дел и общих устремлений. Два человека, поженившись, совместно в доме проживают, а каждый думает, мечтает о своём. Такие люди друг другу становятся чужими, а жизнь совместная их раздражает лишь.

На слёты люди приезжали неженатые, но даже не знакомые между собой, они друг другу ближе были, чем в браке состоящие.

Они ходили на экскурсии, устраивали показы мод, в которых участие принимали женщины всех возрастов. Потом мужчины. На этих показах демонстрировалась одежда, сшитая самими женщинами или купленная в магазинах.

По вечерам, в скверах или где-нибудь на полянах, играли в игры брачные, «Ручеёк», к примеру, о котором я тебе рассказывала.

И не стеснялись, не скрывали, что ищут спутника себе. И женщины, которые с детьми без мужа оставались, на слёты брачные с собою привозили своих детей. И детям своим цель поездки разъясняли. Участие детей, их мысль им помогали в поиске. Смотри, вот я тебе картинку покажу, что люди делали на слётах.

Вот летний театр под открытым небом, заполнен зал людьми разного возраста, детьми.

Здесь они друг другу со сцены представлялись. Кто посмелее был, на сцену выходил, ему давалось пять минут иль десять, чтоб о себе рассказать, ответить на вопросы. Иногда они о себе в шуточной форме говорили. Могли частушку-говорушку спеть и станцевать. Свобода полной в представлении была. Вот посмотри.

На сцену вышла девушка лет двадцати пяти. Причёсана по моде, одета в облегающий наряд, лишь два шага проделав к микрофону, она вдруг сальто сделала и засмеялась. Потом прошлась по сцене, как по подиуму  профессиональная модель, перекружилась. Поправила причёску, к микрофону подошла, игриво говорит:

— Что, хороша красавица, мужчины?

В зале раздался смех, аплодисменты, и девушка продолжила в шутливой форме о себе рассказывать.

— Не главное во внешности моё достоинство — окончила я на «отлично» Академию поместий родовых.

Могу готовить пищу на «отлично», могу из тела любую хворь отварами изгнать, могу постель стелить необычайную. Детей-богатырей рожать могу…

Себя не предлагаю никому, я конкурс объявляю средь мужчин. И конкурс тот не прост, пусть претендент что хочет делает, показывая себя. Тот победитель будет, в кого влюблюсь.

После девицы на сцену к микрофону вышел мальчик, говорит:

— Здравствуйте, я Дима. Это так меня зовут. А мне одиннадцать лет. Ну в общем-то не совсем одиннадцать, но скоро будет, в декабре. Мою маму зовут Светлана, или Светлана Николаевна. Она поваром работает очень хорошим в ресторане. Раньше работала, а теперь в ресторане не работает. Сначала она плакала, когда перестала работать, но теперь она очень хорошие столы делает к праздникам разным богатым людям. Она дала объявление в газете, и ей они звонят по телефону.

Я учусь в школе. Мама говорит, не очень хорошо учусь, а я знаю, что хорошо. Мне просто не нужны пятерки, мне и тройки хватает.

Мы с мамой приехали сюда, чтобы встретить её будущего мужа, а мне папу. Тогда у нас произойдёт хорошая дружная семья. Моя мама очень хороший человек. Она красивая, хоть и никак не может похудеть. Она всё равно красивая. Мы с мамой много вечеров рассуждаем, как будем жить всей семьёй. А сейчас мы живем в квартире однокомнатной, за которую нужно деньги платить. А когда семьёй будем жить, то дом будем строить и сад садить.

Маме уже землю дали, мы там в палатке летом целый месяц провели. Было хорошо.

Она, моя мама, не вышла со мной на сцену, она стесняется. А я ей говорю: надо выходить, если не выходить, то зачем мы сюда приехали и денег потратили много, которые на дом откладывали.

Ты выйди, мама, на сцену, — обратился мальчик в зал.

Но никто не подошёл к сцене, и тогда люди, сидящие в зале, стали аплодировать, требуя маму мальчика подняться на сцену.

К сцене направилась невысокая, слегка полноватая женщина лет тридцати. Она встала рядом с мальчиком, покрасневшая от смущения, обняла сына за плечи, но ничего не говорила. Тогда мальчик по-деловому достал из кармана брюк бумажку, развернул её и стал читать текст по бумажке:

— Мы с мамой живём в Брянской области, в городе Новозыбкове. Там раньше была радиация, но теперь меньше стало радиации, а будет ещё меньше. Мы здесь на слёте значимся под номером 2015, если кто-то захочет, может нам написать. Всё.

Мама взяла мальчика за руку, и они пошли к выходу со сцены под аплодисменты зала. Но у края сцены мальчик вдруг высвободил свою руку и быстро, почти бегом, вновь подошёл к микрофону:

— Я ещё забыл сказать, не написал, потому и забыл. Моя мама может на гитаре играть и песни под гитару петь красивые, хоть и грустные. И ещё мама может рисовать. Она сад и дом нарисовала. А я тоже семью строить помогаю. И дом тоже буду помогать строить. Когда выборы депутатов в нашем городе были, я за деньги листовки на заборы клеил. А скоро ещё выборы будут.

Зал вновь зааплодировал, и мальчик вернулся к  матери. Они, взявшись за руки, пошли к выходу со сцены и сели на свои места.

Из зала поднялись сразу четверо мужчин и направились к микрофону. Первым шёл, слегка прихрамывая, мужчина лет сорока. Но с другой стороны партера его обогнали, и он оказался в очереди у микрофона последним. Мужчины, подошедшие к микрофону, рассказывали о себе, но в мужья женщине напрямую себя не предлагали. Так как не принято было на слёте предлагать публично. Нужно было написать. Но то, что они вышли, уже показывало их желание поближе познакомиться с женщиной и её сыном. Когда очередь дошла до слегка прихрамывающего мужчины, он, подойдя к микрофону, сказал:

— Меня зовут Иваном. Живу в Москве в своей квартире. Мне скоро сорок лет. Бывший офицер-десантник. Комиссован по инвалидности три года назад.

Подрабатываю в многоуровневом маркетинге, надоело. У меня сохранилась походная палатка, топор, котелок. В общем, принадлежности десантника сослуживцы подарили. Мечтаю поставить эту палатку в Брянской области под городом Новозыбковом. Рядом с вашей, Дима. За предоставление территории под дислокацию палатки отработаю. Блиндажи обучен строить, думаю, и сруб смогу поставить, вот только с огородом-садом не знаю, как управляться.

— Я знаю, покажу, — крикнул из зала вскочивший со своего места Дима.

Через день Светлана Николаевна, её сын Дима и бывший офицер-десантник Иван покинули слёт.

— Анастасия, расскажи, пожалуйста, как сложилась судьба этих трёх человек?

Посмотрите также эти записи


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Книги